Digital didactics in higher education: modern trends through the eyes of university lecturers

Full Text

Введение

Образовательный ландшафт существенно изменился по всему миру, и Россия – не исключение. XXI век ознаменовался тем, что процесс привнесения изменений в традиционную практику в вузах стал повсеместным и массовым [1]. При этом классическая дидактика начинает отставать от запросов практиков, поскольку качественно меняются многие классические элементы дидактики – от целей образования до форм взаимодействия преподавателей и обучающихся [2]. В педагогической общественности стихийно сформировалось ничем не подтвержденное мнение о «цифровом диссидентстве» преподавателей старшего возраста. Целью данного исследования является определение цифровой компетентности профессорско-преподавательского состава старше 60 лет в сравнении с показателями более молодого поколения преподавателей на основе реализации ими классических дидактических принципов в условиях цифровизации образовательного процесса. Научная новизна исследования состоит в расширении и уточнении представлений о цифровой компетентности преподавателей старшего возраста 60+ на основе авторской диагностики цифровых компетенций ППС, разработанной на принципах деятельностного подхода в условиях цифровизации системы образования.

Обзор литературы

Научные публикации по большей части посвящены отдельным аспектам цифровизации образования – в этом легко убедиться, обратившись к РИНЦ с соответствующим запросом. Однако имеются и глубокие исследования комплексного охвата по цифровой дидактике [2–8].

Так, например, Н.С. Макарова [2] выделяет факторы, детерминирующие образовательный процесс в высшей школе, указывает на последствия происходящих в современном образовании изменений и предлагает авторское видение разрешения противоречий между теорией и сложившейся сегодня практикой обучения в условиях цифровизации общества.

И.М. Осмоловская [3] в качестве факторов влияния на развитие системы образования указывает на геополитическую и социокультурную ситуацию в России, а также на последние научные открытия в области наук об образовании. В качестве субъективного фактора упоминается своеобразная «педагогическая мода». В своих многочисленных работах И.М. Осмоловская в ретроспективе рассматривает особенности образовательного процесса в советской школе, на постсоветском пространстве, в настоящее время, а также делает ряд прогнозов относительно развития образования в ближайшие годы.

И.М. Осмоловская в соавторстве с М.Л. Левицким и И.Ю. Тархановой [4] предлагает новые дидактические решения в условиях цифровой трансформации, которые, по мнению этих авторов, имеют отличия от инновационных образовательных практик. В качестве методической поддержки педагогов приводится дидактическая схема, позволяющая целесообразным способом описывать дидактические решения с целью их распространения и внедрения в педагогическую практику. При этом, по мнению авторов, дидактические решения должны отражать ценностно-смысловые доминанты в условиях цифровизации общества и образования.

Особенности дидактики в условиях цифровой трансформации общества и образования, новейшие теории обучения на этой основе и их практическое воплощение описывает И.В. Роберт [5]. Также автор приводит сравнительные характеристики традиционной и цифровой дидактики.

Вопросы широкого использования цифровых образовательных технологий, эффективного применения концепций деятельностного и развивающего обучения, риски и угрозы некорректного выбора цифровых технологий в образовательном процессе освещает в своих работах Н.Д. Подуфалов [6].

Проблемы использования преподавателями цифровых технологий и формирования у педагогического корпуса актуальных для XXI века компетенций рассматривают в своих работах L. Amhag, L. Hellström, M. Stigmar, T. Barrios [7,  8].

В продолжение этого тренда И.М. Осмоловская и Л.А. Краснова [9] прямо выделяют разработку дидактики подготовки преподавателей как самостоятельное ключевое направление и доказывают, что для ответа на вызовы современной эпохи дидактика должна обновляться через междисциплинарность.

M.A. Adarkwah [10] предлагает концептуальную модель обучения взрослых с использованием GenAI, поскольку для преподавателей владение технологиями на основе искусственного интеллекта становится ключевой профессиональной компетенцией. Однако успешная интеграция этой модели требует системного подхода, где институциональная поддержка и личностные факторы преподавателя дают синергетический эффект для создания экосистемы нового типа.

Tan, G. Cheng, M.H. Ling [11] отмечают, что в настоящее время существует определенный дисбаланс в исследованиях между применением искусственного интеллекта для обучения студентов и профессиональным развитием самих преподавателей, при этом большинство исследований сфокусировано на школьном образовании, а исследований в контексте высшего образования существенно меньше. Авторы также отмечают наличие этических проблем, риска усиления неравенства в образовательном процессе, проблем качества используемых данных и необходимости развития критической ИИ-грамотности.

Е.А. Дpугова с соавторами в своей работе [12] подчеркивает, что для преодоления разрыва между современными цифровыми технологиями и традиционной дидактикой необходимо связывать технологии на основе искусственного интеллекта с конкретными педагогическими задачами, активнее переходить от экспериментальных разработок к их массовому и осмысленному внедрению в образовательную практику, при этом постоянно повышать цифровые и методические компетенции преподавателей, эффективно использовать современные цифровые инструменты.

Одной из примет цифровизации образования в высшей школе является широкое внедрение электронных информационных образовательных сред (ЭИОС) [13] на различных платформах [14–16]. В условиях открытости информационной среды формируется совсем иная, нелинейная логика учебного процесса, которая требует дидактического анализа использования цифровых инструментов [17]. В частности, необходимо изучить характеристики дидактических объектов (например, ЭИОС) и зафиксировать тенденции их изменения; выяснить, сохранили ли свое предназначение классические дидактические принципы или претерпели трансформации в условиях цифровых технологий обучения, и как это воспринимается преподавательским сообществом; насколько погружены в цифровые технологии субъекты образовательного процесса [18, 19], в частности, преподаватели разного возраста – зачастую не все из них обладают соответствующими компетенциями в этой сфере [7]. Это знание будет весьма актуальным с учетом современного тренда на внедрение цифровых инструментов в образование и на омоложение преподавательского коллектива.

Вопросы компетенций профессорско-преподавательского состава (ППС), особенно в контексте возрастных характеристик и связанных с этим цифровых компетенций, привлекают внимание современных исследователей [20–22]. Интересным объектом изучения являются компетенции ППС разного возраста [23]. Эта коннотация представляется довольно актуальной, поскольку по данным В.Ф. Пугач [20] последние десятилетия в вузах Российской Федерации наблюдается стабильный рост доли преподавателей старше 60 лет и соответственно уменьшение доли более молодых – такая расстановка возрастных групп является постоянным долговременным трендом [24]. Встает ряд вопросов: «Насколько эта возрастная группа, которую часто называют «цифровыми диссидентами», владеет цифровыми компетенциями, необходимыми сегодня преподавателю вуза? Видит ли эта категория ППС изменения, произошедшие в дидактике высшей школы в связи с цифровизацией образования?». Цель исследования – определить цифровую компетентность преподавателей вуза старше 60 лет в сравнении с более молодыми коллегами и степень реализации ими дидактических принципов образования в условиях цифровизации. Вместе с тем некоторые авторы не склонны оценивать негативно отмечаемое повсеместно старение преподавательского коллектива [25]. В целом имеющиеся исследования рассматривают проблему изменения возрастной структуры ППС сквозь призму штатной структуры вуза и проблем владения компьютерной грамотностью на базовом уровне, без обращения к конкретным профессиональным компетенциям преподавателей и дидактическим принципам педагогики.

По данным многопрофильного аналитического центра НАФИ (The share of people with advanced digital literacy has increased in Russia, 2025) и данным поиска Яндекса появилась информация, которая заставляет посмотреть на «цифровых диссидентов» с уважением [26, 27]. Среди респондентов в возрасте от 56 до 65 лет осведомленность и опыт использования нейросетей (59 % и 26 % соответственно) находятся на одном уровне c аналогичными характеристиками поколения 46–55 лет (56 % и 24 % соответственно) и еще более молодого поколения 35-45 лет (61 % и 32 % соответственно), но в этом случае не проведен анализ профессиональных общностей, что не удовлетворяет наш интерес. Вопрос о соответствии цифровых компетенций старшего поколения ППС современным трендам в дидактике исследован фрагментарно. Цифровые технологии существенно изменили характер образовательной деятельности всех субъектов образовательного процесса – не только студенты, но и преподаватели должны владеть определенными знаниями и навыками в области информационных технологий [28, 29], но в какой степени это долженствование воплощено в реальной деятельности ППС – остается неясным.

Научная новизна данного исследования состоит в том, что расширены и уточнены представления о цифровой компетентности профессорско-преподавательского состава возраста 60+, в результате чего опровергнуто стихийно сложившееся и экспериментально не обоснованное мнение о «цифровом диссидентстве» этой группы ППС. Авторами разработан и апробирован новый подход к диагностике цифровых компетенций ППС на основе деятельностного подхода в условиях цифровой дидактической среды.

Материалы и методы

Эмпирическая база представлена данными социологического онлайн-опроса, проведенного коллективом авторов в марте – апреле 2025 года среди преподавателей высших учебных заведений Российской Федерации. В опросе приняли участие 361 человек из 20 вузов 12 регионов РФ. Наибольшее количество респондентов (90 %) представлено семью вузами, в том числе одним федеральным, тремя национальными исследовательскими, а также опорными университетами (табл. 1).

 

Таблица 1. Распределение респондентов по вузам Российской Федерации*
Table 1. Distribution of respondents by universities of the Russian Federation

Название вуза / Name of the university	Кол-во респондентов, чел. / Number of respondents, people	% от общего числа опрошенных / % of the total number of respondents
Уральский федеральный университет имени первого президента России Б.Н. Ельцина (УрФУ) / Ural Federal University named after the first President of Russia, B.N. Yeltsin (UrFU)	104	29
Пятигорский государственный университет (ПГУ) / Pyatigorsk State University (PSU)	66	18
Казанский национальный исследовательский университет (КНИТУ) / Kazan National Research University (KNITU)	50	14
Российский государственный университет нефти и газа (национальный исследовательский университет) имени И.М. Губкина / Gubkin Russian State University of Oil and Gas (National Research University)	32	9
Петрозаводский государственный университет (ПетрГУ) – опорный вуз / Petrozavodsk State University (PetrSU) is a core university	29	8
Национальный исследовательский Мордовский государственный университет (МГУ им. Н.П. Огарёва) / National Research Mordovian State University (Ogarev Moscow State University)	24	7
Адыгейский государственный университет / Adygeya State University	19	5
Другие вузы / Other universities	37	10
ВСЕГО / TOTAL	361	100

*Источник: здесь и далее в статье все таблицы составлены авторами.
Source: all tables in this article were compiled by the authors.

 

Выборка стратифицированная, целевая, неслучайная, репрезентирует социальную структуру профессорско-преподавательского состава вузов России по возрасту.

Распределение респондентов по возрасту: до 39 лет включительно – 27 %; от 40 до 59 лет включительно – 48 %; от 60 лет и старше – 24 %. Распределение респондентов по полу: 73 % – женщины, 27 % – мужчины. 59 % респондентов имеют базовое социально-гуманитарное, педагогическое образование, 38 % – базовое техническое, естественнонаучное и математическое, остальные участники опроса представляют предметные области в сфере культуры, языкознания и т. п. Также почти все респонденты – 91 % – имеют психолого-педагогическую подготовку различного уровня: базовое педагогическое образование, профессиональную переподготовку по педагогике, повышение квалификации по педагогике, второе высшее образование по педагогике или ученую степень (в том числе аспирантуру) по педагогике и т. п. Распределение по наличию ученой степени: только 25% респондентов не имеют ученой степени. Погрешность результатов исследования составляет 5,15 %.

Сбор данных осуществлялся посредством Google Forms по стандартизированной анкете. Перед ее заполнением опрошенные информировались о целях исследования, подтверждали факт согласия на участие в опросе и обработку полученных от них сведений.

Обработка данных проводилась в программе IBM SPSS Statistics 27, применены методы описательной и многомерной статистики. Разработанный инструментарий содержит индикаторы для выявления знаний преподавателей об общих законах дидактики, дидактических принципах и проблемах обучения в цифровой среде. Дидактические принципы, такие как принцип научности, вариативности, субъект-субъектного взаимодействия, доступности, исследуются в связи с независимым показателем «возраст» (категории до 39 лет, от 40 до 59 лет, 60 лет и старше). Кроме знаний законов дидактики представлены оценки преподавателями интерактивных и коммуникативных возможностей ЭИОС, а также информация об опыте использования технических средств обучения. Они также соотнесены с значением индикатора «возраст».

Такой подход к разработке инструментария исследования и анализу данных обусловлен гипотезой, согласно которой компетенции по работе в цифровой образовательной среде не связаны с возрастом; эффективно решать педагогические задачи в системе ЭИОС и применять современные дидактические принципы и ИКТ в условиях цифровой образовательной среды преподаватели способны независимо от возраста.

Результаты исследования

Респондентам были заданы вопросы относительно интерактивных и коммуникативных качеств электронной информационно-образовательной среды, относительно трансформации классических дидактических принципов в цифровой среде. В табличном виде приведены наиболее часто встречающиеся ответы, особенно если они имеют заметное расхождение в ответах различных возрастных групп ППС (табл. 2).

 

Таблица 2. Распределение ответов на вопросы относительно интерактивных и коммуникативных качеств ЭИОС в зависимости от возраста, % от общего числа опрошенных
Table 2. Distribution of answers to questions about the interactive and communicative qualities of EIOS, by age, in % of the total number of respondents

Насколько, по вашему мнению, ЭИОС интерактивна и позволяет взаимодействовать с другими субъектами образования (преподавателями, студентами, администрацией и т. п.) и программными средствами? / To what extent, in your opinion, is the EILS interactive and allows interaction with other educational entities (teachers, students, administration, etc.) and software?	Возраст, лет/ Age, years
	до 39 / under 39	40–59	60 и более / 60 or more	В среднем по массиву / the average for the array
Полностью интерактивна в реальном времени, позволяет взаимодействовать всем субъектам образовательного процесса (студентам между собой и с преподавателем конкретной дисциплины, можно постоянно находиться на связи) / It is fully interactive in real time and allows all participants in the educational process (students and teachers of a particular discipline) to communicate with each other	36	13	47	35
Частично интерактивна, т. к. субъектам легче взаимодействовать вне ее пределов посредством различных мессенджеров / It is partially interactive, as it is easier for subjects to interact outside of it through various messengers	54	83	44	56
Интерактивна, но затруднительна обратная связь / Interactive, but difficult to feedback	0	0	3	0
Совсем не интерактивна, т. к. не позволяет организовать взаимодействие всех субъектов / It is not interactive at all, as it does not allow for interaction between all subjects	5	0	3	4
Затрудняюсь ответить / Difficult to answer	3	3	0	3
Общий итог / Total	100	100	100	100
Насколько, по вашему мнению, ЭИОС коммуникативна? Можно выбрать не более трех вариантов / How communicative do you think EILS is? You can choose no more than 3 options	Возраст, лет/ Age, years			В среднем по массиву / the average for the array
	до 39 / under 39	40–59	60 и более / 60 or more
Позволяет оперативно организовать доступ студентов к учебному контенту / Allows organize students' access to educational content quickly	66	65	66	65
Позволяет преподавателю оперативно доводить до сведения студентов необходимую информацию / Allows the teacher convey the necessary information to students quickly	45	42	63	47
Создает возможности для общения участников образовательного процесса с быстрым получением и передачей информации, систематическим наблюдением, коррекцией, оценкой и прогнозом результата процесса обучения с ИКТ-технологиями / Creates an opportunity for communication between participants in the educational process with the ability to receive and transmit information with systematic observation, correction, assessment and forecasting of the results of the learning process with ICT technologies quickly	42	33	36	36
Позволяет переписываться со студентами / Allows correspond with students	33	27	30	28
По сути, система многое позволяет. Но отношение к ней у студентов и преподавателей зачастую не слишком позитивное. Необходимо реальное "погружение" в ЭИОС, а пока она работает только как вспомогательное средство / In essence, the system allows a lot. But the attitude of students and teachers towards it is often not very positive. A real "immersion" in the EILE is needed, but for now it works only as an auxiliary tool	30	25	16	25
Общий итог / Total	100	100	100	100

 

Из полученных данных видно, что мнения группы до 39 лет и группы старше 60 лет практически полностью совпадают в оценке интерактивных качеств ЭИОС: 90 % молодого поколения ППС и 91 % старшего поколения ППС считают, что ЭИОС полностью или частично интерактивна в реальном времени и позволяет взаимодействовать всем субъектам образовательного процесса (студентам между собой и с преподавателем конкретной дисциплины можно постоянно находиться на связи). Вместе с тем имеется расхождение в оценке коммуникативных качеств ЭИОС. Поколение 60+ более высоко оценивает (63 %) возможность ЭИОС оперативно доводить до сведения студентов необходимую информацию, в отличие от молодых представителей ППС (45 %). В то же время, несмотря на имеющиеся потенциальные возможности ЭИОС, «пока она работает только как вспомогательное средство» – так считают 16 % более требовательных преподавателей старшего возраста против оптимистично настроенной молодежи до 40 лет (30 %).

Следует также отметить, что несмотря на различное отношение к качествам ЭИОС большинство преподавателей независимо от возраста старается использовать средства ИКТ в различных сочетаниях с традиционными средствами. Всегда используют ИКТ, обязательно готовят лекции на слайдах 48 % респондентов; предпочитают использовать и технические/компьютерные средства, и традиционные мел и доску в зависимости от обстоятельств 46 %; 19 % преподавателей, если есть техническая возможность, проводят занятия, используя планшет со стилусом. Тем не менее имеется довольно многочисленная группа консерваторов (28 %), считающих, что «голос преподавателя и ораторское мастерство – главное средство обучения» (табл. 3).

 

Таблица 3. Распределение ответов по использованию технических средств обучения, % от общего числа опрошенных
Table 3. Distribution of respondents' answers on the use of technical teaching aids, in % of the total number of respondents

С использованием каких технических средств обучения вы предпочитаете читать лекции? (можно выбрать не более трех вариантов) / What technical teaching aids do you prefer to use when giving lectures? (You can choose no more than 3 options)	Возраст, лет/ Age, years			В среднем по массиву / On average for the array
	до 39 / under 39	40-59	60 и более / 60 and more
Традиционно читаю без использования технических и компьютерных средств – мел и доска / Traditionally, I read without using technical or computer means – chalk and a board	11	20	13	11
Голос преподавателя и ораторское мастерство – главное средство обучения / The teacher's voice and oratory skills are the main means of teaching	27	30	38	28
Всегда с использованием ИКТ, обязательно лекции на слайдах / Always using ICT, lectures on slides are mandatory	49	37	44	48
Предпочитаю выкладывать весь учебный материал в ЭИОС / I prefer to post all educational material in EILS	15	17	3	14
Предпочитаю использовать и технические/компьютерные средства, и традиционные мел и доску – в зависимости от обстоятельств / I prefer to use both technical/computer means and traditional chalk and board - depending on the circumstances	45	53	50	46
Стараюсь не выкладывать в ЭИОС весь учебный материал, иначе на лекции вообще никто не будет ходить / I try not to post all the educational material in the EILS - otherwise no one will attend the lectures at all	6	17	3	7
Если есть техническая возможность, то провожу занятия, используя планшет со стилусом, компьютер, проектор, экран для проецирования / If there is a technical possibility, I conduct classes using a tablet with a stylus, a computer, a projector, and a projection screen	19	17	13	19
Стараюсь совмещать различные средства: иллюстрации, схемы, основные определения – в презентациях, объяснения – голосом, дополнительные пояснения – мелом на доске. При этом в ЭИОС выложен основной текст лекции, без дополнительных комментариев / I try to combine various means: illustrations, diagrams, basic definitions – in presentations, explanations – by voice, additional explanations – in chalk on the board. At the same time, the main text of the lecture is posted in the EILS, without additional comments	32	30	41	33

 

Важной составной частью современной педагогики являются классические дидактические принципы, сформулированные еще в доцифровую эпоху. Однако это не означает, что идеи Я.А. Коменского утратили свою актуальность. Понятно, что современный уровень развития науки требует и современного прочтения. По большей части это касается технологических аспектов.

Обратимся к одному из важнейших дидактических принципов высшей школы – принципу научности. В условиях открытости и нелинейности современного образовательного процесса он приобретает еще большее значение, поскольку преподаватель и вузовский учебник уже не являются единственным источником информации. Дидактика должна учитывать особенности научного подхода к существующей реальности, учитывать современные формы научного познания. Респондентам был задан вопрос о сущности принципа научности в условиях цифрового обучения и предложен ряд альтернатив. Приводим наиболее часто встречающиеся ответы с указанием возрастной группы преподавателей (табл. 4).

 

Таблица 4. Распределение ответов респондентов о принципе научности учебного процесса в условиях цифровизации, в зависимости от возраста, % от общего числа опрошенных
Table 4. Distribution of respondents’ answers on the principle of scientific nature of the educational process in the context of digitalization, depending on age, in % of the total number of respondents

В чем состоит, по вашему мнению, в условиях цифровизации учебного процесса принцип научности? Выберите не более трех вариантов ответа / In your opinion, what is the principle of scientificity in the context of digitalization of the global process? Choose no more than 3 answer options	Возраст, лет / Age			В среднем по массиву / On average
	до 39 /under 39	40–59	60 и более /60 and more
Знания, которые даются в университете, должны опираться на проверенную временем научную информацию, соответствовать современным актуальным научным представлениям / The knowledge that is studied at the university must be based on time-tested scientific knowledge and correspond to modern relevant scientific knowledge	70	73	72	70
Студенты должны уметь критично относиться к той информации, которую они получают в информационном поле (вне вуза), отличать научные знания от псевдонаучных и лженаучных, принимать во внимание, что интернет-источники зачастую содержат искаженную и даже совсем неверную или устаревшую информацию / Students should be able to critically relate to the information they receive in the information field (outside the university), to distinguish scientific knowledge from pseudoscientific. Internet sources often contain either distorted information, and sometimes even completely incorrect or outdated information	72	63	59	70
У студентов должна быть возможность участвовать в научно-исследовательской деятельности кафедр / Students should have the opportunity to participate in the research activities of departments	54	57	53	54
Преподаватель должен адаптировать под уровень знаний студентов современные научные достижения / The teacher must adapt modern scientific achievements to the level of students' knowledge	33	27	13	31
Преподаватель должен использовать в качестве источников для лекции только проверенные временем учебники, и особенно для классических дисциплин естественно-научного блока / The teacher should use only time-tested textbooks as sources for the lecture – especially for classical disciplines of the natural science block	12	23	19	14
Преподаватель должен использовать в своих лекциях результаты собственных научных изысканий / The teacher must use the results of his own scientific research in his lectures	21	23	41	23
Преподаватель должен отсылать студентов к интернет-источникам с самой современной научной информацией (по его мнению) / The teacher should refer students to Internet sources with the most up-to-date scientific information (in his opinion)	15	7	19	14
Учебники стали анахронизмом – вся актуальная научная информация приводится в интернет-источниках. Учебники и учебные пособия не всегда содержат обновленную информацию (например, постоянно меняется законодательная база, принимаются и вносятся изменения в ТУ ТС, ГОСТы, Правила... и др.) / Textbooks have become an anachronism – all relevant scientific information is provided in Internet sources. Textbooks and teaching aids do not always contain updated information (for example, the legislative framework is constantly changing, amendments are adopted and introduced into State Standards, Rules... etc.)	8	3	0	7

 

Принцип научности в образовании сегодня приобретает все большее значение, поскольку свободный и неконтролируемый доступ к информации, которая не всегда является релевантной, порой приводит к засилию лженаучных учений в студенческих практиках. По этой причине цифровая дидактика должна предусматривать формирование современного уровня научного мышления у студентов и учитывать технологии и формы научного познания.

Однако обращает на себя внимание, что представители ППС в возрасте до 39 лет не склонны использовать в своих лекциях результаты собственных научных изысканий – только 21 % готовы на этот шаг, в то время как старшее поколение 60+ более чем в два раза чаще использует в педагогической деятельности собственные научные разработки (41 %). Можно предположить, что это связано с более значимым научно-педагогическим стажем и наличием соответствующего наработанного материала.

Ответы респондентов относительно принципа субъект-субъектного взаимодействия свидетельствуют о том, что влияние преподавателя на личность студента несмотря на то, что часто взаимодействие носит онлайн-характер, все же сохраняется. Только 11 % опрошенных согласились с тем, что в условиях цифровой технологии обучения субъект-субъектное взаимодействие невозможно (табл. 5).

Около половины опрошенных преподавателей (51 %) отмечают, что в условиях цифровых технологий возможны ситуации, когда студенты оказываются более подготовленными в сфере ИКТ. Приверженцы этой идеи учитывают тот факт, что в условиях цифровой трансформации образовательного процесса преподаватель уже не является единственным источником научной и учебной информации (22 %). Вместе с тем в условиях цифровой трансформации образования имеются возможности и организационно-педагогические условия для формирования soft skills («мягких навыков») у студентов (способности работать в команде, креативности, коммуникативных навыков, самомотивации, способности к саморегуляции и тайм-менеджменту и т. п.) – это мнение разделяют 29 % респондентов.

 

Таблица 5. Распределение ответов респондентов о дидактическом принципе субъект-субъектного взаимодействия в условиях цифровизации, в зависимости от возраста, % от общего числа опрошенных
Table 5. Distribution of respondents' answers on the didactic principle of subject-subject interaction in the context of digitalization, depending on age, in % of the total number of respondents

В чем состоит, по вашему мнению, в условиях цифровизации учебного процесса принцип субъект-субъектного взаимодействия? Выберите не более трех вариантов ответа / In your opinion, what is the principle of subject-subject interaction in the context of digitalization of the educational process? Choose no more than 3 answer options	Возраст, лет / Age			В среднем по массиву / On average for the array
	до 39 / under 39	40–59	60 и более / 60 and more
В процессе обучения могут возникать проблемы, решение которых неизвестно преподавателю, и над их решением будут работать совместно преподаватель и студент. В современном вузе возможна ситуация, когда по какой-либо проблеме студент может знать больше преподавателя, особенно если он интересуется информационно-коммуникационными технологиями / In the process of learning, problems may arise, the solution to which is unknown to the teacher, and the teacher and the student will work together to solve them. In a modern university, a situation is possible when a student may know more about a problem than a teacher, especially if he is interested in information and communication technologies	51	60	44	51
В условиях цифровизации учебного процесса и множественного числа источников информации преподаватель уже не является единственным носителем знания и превращается в цифровой аватар / In the context of digitalization of the educational process and multiple sources of information, the teacher is no longer the only bearer of knowledge and is turning into a digital avatar	23	20	19	22
Взаимодействие с людьми служит источником внутреннего саморазвития, совершенствования через связи с внешней объективной действительностью и контакты / Interaction with people serves as a source of internal self-development, improvement through connections with external objective reality and contacts	45	43	56	46
Воспитательное влияние преподавателя на формирование личности студента – будущего профессионала минимально или совсем отсутствует / The educational teacher`s influence on the formation of a student`s personality - a future professional - is minimal or completely absent	8	13	9	9
Имеются возможности и организационно- педагогические условия для формирования soft skills («мягких навыков») у студентов (способности работать в команде, креативности, коммуникативных навыков, самомотивации, способности к саморегуляции и тайм-менеджменту и т.п.) / There is an opportunity and organizational and pedagogical conditions for developing soft skills in students (ability to work in a team, creativity, communication skills, self-motivation, ability to self-regulate and time management, etc.)	29	33	25	29
Каждый из участников учебно-воспитательного процесса воспринимается как неповторимая индивидуальность, которой свойственны свои интересы, жизненные цели, собственная система жизненных ориентиров / Each participant in the educational process is perceived as a unique individual, who has his own interests, life goals, and his own system of life guidelines	35	33	38	35
В условиях цифровой технологии обучения субъект-субъектное взаимодействие невозможно / In the context of digital learning technology, subject-subject interaction is impossible	10	7	22	11

 

Возможность реализации принципа вариативности (табл. 6) в современных условиях определяется обстоятельствами социально-экономического развития страны, состоянием материально-технической базы университета, кадровым качеством ППС. Несмотря на то, что вариативность в условиях цифровизации респонденты считают необходимым атрибутом, только незначительная часть опрошенных преподавателей считает допустимым для студента выбирать преподавателя, который ему больше подходит (10 %); темп и порядок изучения учебного материала (16 %); учебные курсы по своему усмотрению (14 %).

 

Таблица 6. Распределение ответов респондентов о дидактическом принципе вариативности (представлены наиболее многочисленные варианты ответов, % от общего числа опрошенных)
Table 6. Distribution of respondents' answers about the didactic principle of variability (the most numerous answer options are presented), in % of the total number of respondents

В чем состоит, по вашему мнению, в условиях цифровизации учебного процесса принцип вариативности? Выберите не более трех вариантов ответа / In your opinion, what is the principle of variability in the context of digitalization of the educational process? Choose no more than 3 answer options	Возраст, лет / Age			В среднем по массиву / On average for the array
	до 39 / under 39	40–59	60 и более / 60 and more
Наличие в содержании образования инвариантного и вариативного компонентов / The presence of invariant and variable components in the content of education	44	57	41	45
Студент самостоятельно решает, какие аспекты изучаемого материала стоит расширить, освоить более глубоко, действуя сначала в специально организованной электронной информационно-образовательной среде, а затем и в информационно-образовательном пространстве исходя из своих познавательных потребностей и интересов / The student independently decides which aspects of the studied material to expand, to master more deeply, acting first in a specially organized electronic information and learning environment, and then in the information and educational space, based on his cognitive needs and interests	35	20	25	33
Вариативность образования становится все более явной с усилением открытости образования, развитием взаимодействия формального и неформального образования, онлайн-образования / The variability of education is becoming more and more obvious with the strengthening of openness of education, the development of interaction between formal and informal education, online education	41	23	28	39
Вариативность позволяет студентам изменять свою образовательную траекторию / Variability allows students to change their educational trajectory	33	30	44	34
Студент может выбирать преподавателя, который ему больше подходит / A student can choose a teacher who suits him best	11	7	6	10
Студент может выбирать темп и порядок изучения учебного материала / The student can choose the pace and order of studying the educational material	16	20	16	16
Студент может выбирать учебные курсы по своему усмотрению / The student can choose courses at his own discretion	14	10	16	14
В нашем вузе вариативности как таковой нет / In our university there is NO variability	9	7	6	8

 

Принцип доступности [30,  31] при проектировании процесса обучения предполагает учет особенностей возрастного и когнитивного развития обучающихся. Респонденты отмечали, что в условиях цифровизации образования этот принцип не утратил своего значения и состоит в том, чтобы процесс обучения соответствовал возрастным и индивидуальным особенностям личности студента (48 %); обучение велось в зоне ближайшего развития (ЗБР) – т. е. следует предлагать студентам такие учебные задания, которые они не могут освоить самостоятельно, но способны освоить с помощью преподавателя (31 %). Вместе с тем, понимая, что дидактические принципы Я.А. Коменского были сформулированы в других социокультурных и экономических условиях, 34 % респондентов считают, что этот принцип нужно адаптировать к современной социокультурной ситуации и учитывать прагматическую ориентацию обучающихся, демонстрировать студентам перспективу последующего использования получаемых знаний (38 %). Также появилось дополнительное, современное прочтение этого принципа – обеспечение свободного доступа студентов к информационным ресурсам университета (36 %), наличие учебно-методических материалов в системе ЭИОС (21 %), что наглядно коррелирует с принципом научности.

В современных социокультурных условиях большое внимание уделяется учету психофизиологических возрастных особенностей в обучении детей и подростков в цифровой среде, хотя систематическое использование ИКТ (а у студентов в основном учебные и личные интересы лежат в этой плоскости) может оказывать заметное влияние на психофизиологические процессы [32,  33].

Как известно, эти природно детерминированные характеристики человека со временем меняются очень медленно [6], следовательно, использование цифровых технологий не снимает существующих проблем при изменении статуса школьника на статус студента. Необходимо, на наш взгляд, разворачивать научные исследования по изучению влияния цифровых технологий, в том числе виртуальных сред VR и дополненной реальности AR, искусственного интеллекта на студентов, на их когнитивное развитие и учебные достижения.

Обсуждение и заключение

Занимаясь современными проблемами образования, особенно в эпоху цифровых технологий, необходимо учитывать классические принципы и положения дидактики, сформулированные еще в доцифровую эпоху, поскольку природа познавательных процессов человека не меняется с такой же скоростью, как образовательные технологии.

Гипотеза о недостаточной цифровой компетентности (цифровом диссидентстве) старшего поколения преподавателей не получила объективного подтверждения в нашем исследовании.

Результаты данного опроса могут быть использованы органами планирования образовательной деятельности в вузах России при организации учебного процесса в цифровой среде, кадровыми службами при определении эффективности преподавательской деятельности ППС.

Назрела также объективная необходимость проведения масштабных педагогических экспериментов, которые позволят получить объективные данные, необходимые для разработки современных учебно-методических материалов на основе интеграции традиционных и современных цифровых дидактических средств.

About the authors

Raisa M. Petruneva

Volgograd State Technical University

Email: raisa.petrunyova@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0002-8834-5745
SPIN-code: 2381-3619
Scopus Author ID: 55982107900

Doc. Ped. Sci, Professor, Head of the Department of History, Culture and Sociology

Russian Federation, 400005, Volgograd, Lenin Avenue, 28

Nadezhda A. Ovchar

Volgograd State Technical University

Email: onadine@mail.ru
ORCID iD: 0000-0001-7945-9903
SPIN-code: 8807-4019
Scopus Author ID: 57200533604

Cand. Sociol. Sci., Associate Professor at the Department of History, Culture and Sociology

Russian Federation, 400005, Volgograd, Lenin Avenue, 28

Tatyana D. Chudasova

Volgograd State Technical University

Author for correspondence.
Email: tanchds@gmail.com
ORCID iD: 0009-0006-0222-1992
SPIN-code: 6379-8770
Scopus Author ID: 58490066600

Postgraduate Student of the Department of History, Culture and Sociology

Russian Federation, 400005, Volgograd, Lenin Avenue, 28

References

Supplementary files